Пермский оперный потерял голову

24 июня в Пермском театре оперы и балета состоится пресс-конференция по итогам прошедшего сезона. Это вполне могло быть рядовое событие, если б не внезапно всколыхнувшая театральную среду новость о том, что нынешний худрук театра, оперный режиссер Георгий Исаакян собирается перейти в Детский музыкальный театр имени Наталии Сац (Москва). Первым информацию озвучил министр культуры РФ Александр Авдеев, сам Георгий Исаакян дал лишь короткое интервью только газете «Новый компаньон», в котором подтвердил намерение возглавить московский театр. Однако повода для тревоги пока нет: Исаакян уходит не совсем — какое-то время он останется на должности главного режиссера пермской оперы. Кто станет его преемником, будет ли это новый худрук, или же вновь вырисуется фигура директора театра, которая некогда уже существовала в Оперном — видимо, прояснится завтра на пресс-конференции. В ожидании официальных заявлений «Соль» расспросила театральных критиков Перми, Москвы и Санкт-Петербурга, во что могут вылиться для знаменитого пермского театра такие перестановки.

Марина Дмитревская, главный редактор «Петербургского театрального журнала»:
— Я не очень хорошо понимаю, почему человек бросает свой «дом» и уходит в другое место. Но, наверное, такое время в карьере художника наступает. Я думаю, что этап его сотрудничества с пермской оперой и одновременно с театром Наталии Сац — это период глубоко переходный. Потому что кому, как не ему, знать, что в лавке надо сидеть. Чтобы театр, как и любая другая организация, функционировал, художественный лидер должен быть на месте. Все отлучки, как правило, оборачиваются конфликтами, крахами.

Театр — это организм сложный. Очевидно, Исаакян хочет сохранить за собой влияние на пермскую оперу и в то же время пересесть на другой стул в Москве. Мне не кажется эта ситуация надолго продуктивной. Потому что придет директор, который — даже если это «брат-близнец» Исаакяна — захочет быть самостоятельным. Все равно он недолго будет наместником художественной воли режиссера, который живет в другом городе. Он начнет управлять по-своему. И тут ситуация драматическая практически неизбежна. Как человек, знающий законы драматургии, Георгий Исаакян это вполне может предвидеть уже сейчас.

Поэтому ситуация представляется мне глубоко двойственной, а насколько продуктивной — не знаю. Может быть, конечно, он будет руководить художественной политикой на расстоянии, а хозяйственно осуществлять эту политику будет директор. Такие варианты есть. Например, дистанционно руководит Санкт-Петербугским ТЮЗом Адольф Яковлевич Шапиро — ни к чему хорошему это пока не привело.

Марина Давыдова, обозреватель газеты «Известия», шеф-редактор раздела «Театр» портала OpenSpace.ru:
— В мировой практике интенданты часто возглавляют театры, и особенно музыкальные театры. Скажем, Жерар Мортье, который возглавил Парижскую Национальную оперу. Он фактически изменил облик этого театра. Он стал приглашать ведущих европейских режиссеров из самых разных стран, которые прежде и не обращались к оперному жанру. Да, в результате было много провалов, но были и совершенно удивительные свершения. В итоге Мартье из обычного оперного театра, который по определению является консервативным, сделал Парижскую оперу самым продвинутым и интересным театром столицы.

Вопрос: сумеет ли Георгий Исаакян удержаться на двух стульях. Как правило, это целиком зависит от личности человека: если у него избыток энергии, то он может все. Например, Валерий Гергиев: он не возглавляет два театра, но успевает делать такое количество дел — десяти людям не справиться! Но мы видим, что ресурсы иногда заканчиваются даже у такого титана, как Валерий Гергиев.

Еще есть пример Валерия Фокина, который одновременно является худруком Александринки и худруком Центра им. Вс. Мейерхольда в Москве. Но тут надо понимать, что Центр им. Вс. Мейерхольда — это не репертуарный театр. Это театральная площадка, на которую, действительно, достаточно посадить опытного хозяйственника, менеджера.

Есть разные модели театров: театр режиссерский, театр директорский. Директор — это не творчески мыслящий человек, он просто хозяйственник, который знает, где добыть деньги, как их правильно потратить. Но редко когда он умеет определять художественную политику театра. Не знаю, какой человек может прийти на должность директора Пермской оперы, может быть, он окажется счастливым исключением из правил. В целом же, я не вижу в этом ничего страшного, по такой модели живут многие современные театры. Однако реальность, которая царит в Москве, подсказывает мне, что такая вероятность крайне невелика.

Юлия Баталина, театральный критик, главный редактор пермского журнала «Шпиль»:
— Я не склонна рассматривать эту ситуацию как трагическую. Дело в том, что я пережила гораздо больший стресс, когда от нас в 1978 году забрали [Николая] Боярчикова в Ленинград. Тогда действительно была катастрофическая ситуация в театре, потому что Боярчиков уезжал безвозвратно. Он говорил, что Пермь для него — пройденный этап, что он здесь ничего не будет делать. И притом прихватил с собой полтруппы: натурально обезглавили труппу. Мы тогда были уверены, что это конец пермского балета и конец нашего театра. И, тем не менее, никакого конца не случилось.

Сейчас ситуация гораздо более мягкая: Георгий Исаакян оставляет за собой определенные плацдармы. Он собирается продолжать здесь работать, все-таки детский театр есть детский театр, а вдруг ему еще захочется какую-нибудь мировую премьеру забабахать — там он ее не забабахает.

Другое дело, что там у него будут возможности, каких не было здесь. Например, мы как-то обсуждали новогоднюю постановку (по инициативе Исаакяна Оперный театр на каждый Новый год делает детский спектакль), и я предложила поставить оперу-балет «Снеговик». Это очень красивая вещь. Исаакян спросил меня: «Кто автор?» Я ответила: «Ховард Блейд, современный английский композитор». Тот: «Да мы в жизни не расплатимся по авторским правам!» То есть здесь у него таких возможностей не было — там будут. Исаакян сможет делать действительно хорошие, интересные вещи для детей: на полных основаниях, с достаточным финансированием.

Но, конечно, ему не захочется оставлять возможность работы для взрослого, серьезного зрителя, а эта возможность у него остается в Перми. Кроме того, я его специально спрашивала, забирает ли он кого-то с собой. Он ответил, что пока никого. Обезглавливать этот театр он не собирается. Поэтому сейчас, мне кажется, ничего страшного не будет. Радикальные сдвиги не предвидятся.

Что касается возможной директорской модели, то это тоже, в общем-то, для нас не новинка. Долгое время, когда директором был [Анатолий] Пичкалев, Георгий Исаакян как раз был главным режиссером, и они прекрасно уживались. То, что эта модель потом была отвергнута, связано в определенной мере с личностью Пичкалева, который не устроил [Юрия] Трутнева по политическим причинам: он поддержал [Геннадия] Игумнова на губернаторских выборах. Пичкалева убрали, а другого такого человека не нашлось, и Исаакян все взял на себя. Найдется ли сейчас в Перми такой человек или возникнет необходимость пригласить на должность директора человека со стороны, я не знаю.