Наталья Овчинникова /23 апреля 2010

1. Роман Сенчин «Елтышевы»
«В книге показана жизнь, которой живет точно больше половины населения страны: глухая провинция, отсутствие работы и содержательных занятий, нищета, натуральное хозяйство. Семья милиционера попадает в деревню, где безуспешно пытается справиться с бытом. Алкоголизм и убийства — прямые следствия жизненных обстоятельств. Но что-то есть в главном герое — отце Елтышеве, крепком и типичном русском мужике, предопределившее вырождение целой семьи. В том числе и «ментовские» привычки чувствовать себя хозяином положения. Выживая, он начинает убивать. Жизнь платит сторицей...» — Андрей Колесников, журналист.

2. Андрей Аствацатуров «Люди в голом»
«Вы будете смеяться, но книжка «Люди в голом» как раз и является экзистенциальным романом. (Умоляю читателей, насмерть запуганных в юности «Тошнотой» Сартра или «Посторонним» Камю, не бежать с ней к печке). Роман, который проглатывается на одном дыхании за вечер, который невозможно читать в метро, поскольку читающий своим диким смехом вызывает недоуменное внимание пассажиров, этот роман является экзистенциальном в прямом смысле слова», — Всеволод Емелин, поэт.

3. Василий Авченко «Правый руль»
«Книга «Правый руль» написана опытным журналистом и умелым рассказчиком. И написана она не для Дальнего Востока, а как раз для жителей Москвы. Д-з: отличная публицистика», — Дмитрий Орехов, журналист.

  

 

4. Павел Крусанов «Мертвый язык»
«Живой язык.
Редкий, исчезающий вид.
Со всеми его соцветиями.
Межклетниками.
С кроной густой, с корнями глубокими.
Фактура, повторюсь, музыкальна — «вооруженный» глаз легко различит «люфты»
(в о з д у х), ферматы, лейттемы.
«Невооруженный» — просто почувствует», — Наталья Рубанова, писатель.

5. Олег Лукошин «Капитализм» (первая публикация в журнале «Урал», 2009, №4)
«Писатель должен уметь ненавидеть. Преимущество Лукошина в том, что он умеет ненавидеть весело, как говорится, с гибельным восторгом. Замечательно, что при чтении ненавистью к капиталистам проникаешься настоящей, не сказочной. На фоне этой сказочки любой роман о героях каптруда смотрится сегодня дешевой нае...кой», — Андрей Архангельский, критик.

 

6. Эдуард Кочергин «Крещенные крестами»
«Кочергин по-хорошему простым и доступным языком рассказывает о своем детстве сына «врага народа». Начиная с возраста, когда едва научился ходить, — с крещения и со ступеней Католического костела на Невском проспекте. Книга мне не просто понравилась — она поколебала мою убежденность в том, что про эпоху «усатого» все уже сказано», — Евгений Мякишев, поэт.

 

Несмотря на вроде бы лестные отзывы рецензентов, картина литературной жизни последнего года не выглядит благоприятной. Вот и писатель Илья Стогов, член большого жюри, вовсе отказался голосовать, заранее объяснив свое решение тем, что все предлагаемое к прочтению настолько плохо, что руки опускаются.

Эксперты расходятся во мнениях относительно качества короткого списка образца 2010 и концепции премии.

Илья Стогов, писатель, член большого жюри «Национального бестселлера»:
— Если ЭТО лучшее из написанного, каково же остальное? Я давно не следил за текущим положением дел и вот прикоснулся и ужаснулся. Выбирать приходится не лучшее, а наименее омерзительное. Наиболее честно в данной ситуации было бы выйти из состава жюри, предоставив разбираться в данном компосте более опытным ассенизаторам.

Андрей Немзер, историк литературы и литературный критик:
— В минувшем году книг хороших выходило мало. По-прежнему в головах разруха, которая началась еще три года назад. Хотя многие в этом со мной не согласятся. Как не соглашаются в том, что в 90-е с нашей литературой все было хорошо.
Прогнозировать, кого выберут члены жюри, я даже не возьмусь. Про решение литературного экспертного сообщества что-то еще можно понять, а когда в жюри сидят модные люди, ничего заранее не скажешь. Впрочем, «Национальный бестселлер» — это такая премия, игровая.

Лев Данилкин, литературный обозреватель журнала «Афиша»:
— На самом деле все не так страшно, хотя в последнее время и не появляются хиты, вроде «Доктора Живаго», «Мастера и Маргариты» или «Архипелага ГУЛАГ».
«Национальный бестселлер» — это хорошая премия, просто она неправильно называется. То, что мы в последнее время видим, — это, скорее, следствие того, что членам жюри неточно объясняют правила игры. В первые годы существования премии мы действительно получали победителями авторов бестселлеров: Юзефовича, Проханова, Пелевина. Не думаю, что какой-нибудь из романов нынешнего шорт-листа достоин называться национальным бестселлером: они не будут продаваться гигантскими тиражами. Единственная книга, которая соответствует этому названию, — «Чертово колесо». Вот, пожалуй, самое яркое событие минувшего года, и жаль, что этот роман оказался за бортом премии.

Игорь Панин, шеф-редактор литотдела «Литературной газеты»:
— В принципе, литература всегда что-то «переживает». Кризисы, подъемы. Но это смотря по каким критериям оценивать тех или иных авторов, чего от них ждать. Вообще, разговоры о кризисе — это большей частью спекуляции критиков, «подгоняющих» литпроцесс под свои теории. В 1834 году Белинский писал: «У нас нет литературы». А теперь вспомните, кто жил и творил в то время.
После оглашения победителя и видно будет — оправдывает ли себя сегодня премия «Национальный бестселлер». Что же касается престижа российских литературных премий как такового, то это вопрос относительный. Ну, в чем престижность «Русского Букера», который «прокатывает» Сенчина и объявляет победителем Елену Чижову с довольно слабеньким романчиком? В чем престижность «Большой книги», в которой побеждает совсем уж никакой Юзефович? Я не знаю.

Виктор Топоров, ответственный секретарь премии «Национальный бестселлер»:
— Ну что сказать? Шорт-лист как шорт-лист. Других писателей у меня для вас нет. И ни у кого нет.

Результаты голосования малого жюри будут объявлены 6 июня.

• 0 комментировать
• разместить в блоге