Полина Домовитова , Ирина Постникова /25 августа 2011

— Ирэн, вы, что называется, секс-символ. Можете объяснить, как получается, что одну женщину хочет такое невероятное количество мужчин? Что для этого нужно сделать?
— Я не знаю, какое количество мужчин меня хочет, и не считаю себя секс-символом абсолютно. Я формировала свою внешность только по своему усмотрению. Я считаю, что у женщины должна быть очень тонкая талия, огромная, большая грудь, отличная попа и большие губы. У меня такое понимание красоты, поэтому я сделала из себя такую девушку. Если я для кого-то секс-символ — ну замечательно, значит, я поднимаю людям настроение. И не только настроение. Но, прежде всего, нужно быть уверенной в себе женщиной, чтобы быть секс-символом. Это самая суть. Будь ты трижды с огромными сиськами, но если ты неуверенна, то тебе это не поможет в жизни. Я думаю, есть стриптизерши, у которых есть большие сиськи, но нет мозгов и уверенности в себе. Если женщина глупа, то это ничего ей не придаст, кроме того, что она будет выглядеть глупо. Это два составляющих сексуальности — уверенность и мозги. Можно уверенно нести себя и с первым размером груди. А с моим размером тем более. Я очень достойно несу его. Москва гордится нефтью, Абрамовичем и Феррари. С моей грудью гораздо проще проложить дорогу к светлому будущему. Это мои друзья надо мной как-то пошутили.

— То есть и с практической точки зрения быть сексуальной женщиной — удобно?
— Ну конечно, удобно! Например, я подъехала сегодня к торговому центру. Там у входа нельзя парковаться, а так не хотелось ехать на парковку! Но я так красиво высунулась в окошко и вывалила свою грудь, что парковщик мне не смог отказать. «Можно я поставлю у входа? Ну пожа-а-алуйста!» — «Ну ладно, хорошо, — говорит. — Но вы недолго?» — «Недолго». Вот, собственно, один из мелких нюансов.

— Знаете, одна из нас пишет кандидатскую диссертацию, и вот если грубо так посчитать, то получится, что на это дело нужно потратить в провинции примерно 150 тысяч рублей. На эти деньги можно ведь и большую грудь сделать. Или грудь дороже?
— Я не знаю. Моя первая операция по увеличению груди была самой дорогой. Моя подруга, насмотревшись на меня, тоже решила сделать себе бюст. Операция была неудачной, предыстория такова. Перед операцией ей поставили шторку перед лицом. Она спрашивает: «А зачем?» — «Ну как же! Чтобы вы не видели, как мы будем резать». — «Но я же спать буду». — «Вы что? Это будет под местным наркозом!» Вот так — дешево и сердито. И шторка перед глазами. Ну и потом у девушки были проблемы с грудью. Поэтому не думаю, что дешево будет хорошо. Мои импланты готовились на заказ. Мне измеряли грудную клетку, высчитывали размер — глубина, высота, длина, не знаю, как это обозвать. То есть представьте, высчитали, какой мне нужен имплант, соразмерный моей грудной клетке. У меня каждая грудь весит больше килограмма. И под этот мой имплант запускалось целое производство. Он разрабатывался, как на заводе. Это целая технология. Я ждала около года, пока весь этот процесс запускался. Поэтому дешево это в принципе не может быть. Представьте, какая это машина была запущена: от чертежника до всех остальных людей, которые все это просчитывают. Стоимость импланта была высокая. И у меня хирург был не один. Их два было. Так что 150 тысяч рублей мне может только сниться.

— А если предположить, что цена все-таки одинаковая. Какая инвестиция быстрее окупится — в кандидатскую-докторскую или во внешность, то есть в грудь, попу, талию, губы? Что для женщины лучше?
— Такой вопрос интересный. Мне кажется, что все-таки в диссертацию. Я прежде, чем приехала в Москву, хоть диссертацию и не защищала, но высшее образование все-таки получила. Но вот если женщина глупа... У меня есть подружка, ну вылитая Памела Андерсон. Она красивая, но такая тупая! Ну это просто невозможно. Она сделала большие сиськи, к сиськам она сделала подтяжку лица. Девочке 21 год. Мама моя дорогая! Как это вообще можно было сделать? А человек сделал. Лучше бы она диссертацию защищала — это было бы полезнее. Не знаю, защитилась бы или нет, но хоть бы ума набралась. Наличие ума — это первостепенно. Я опровергаю миф, что большая грудь всему голова. Мозг всему голова!

— А почему вы тогда выбрали грудь?
— Когда я сделала себе грудь, я уже год жила с мужчиной, могла позволить себе не работать. Занималась своими делами. И никто не знал обо мне. Потом я начала уже смотреть, что у многих девушек на эстраде большая грудь. И помню, приезжала Памела Андерсон на вручение какой-то кинонаграды. Я удивлялась, что же все восхищаются-то ею? И я просто купила несколько номеров самой что ни на есть желтой прессы, просто позвонила и сказала, что у меня самая большая грудь. Заинтересовала газету, сейчас даже не вспомню название, и они сделали фотографии. Потом меня пригласил Андрей Малахов на программу «Пусть говорят». Все это происходило очень быстро — в течение нескольких дней. Потом Малахов горделиво пошел со мной на встречу с Памелой Андерсон. У нее просто отпала челюсть. Как такое может быть в России?! Вот я и заняла эту нишу в России, потому что не хочу, чтобы у нас восхищались заморскими дивчинами. У нас-то в России поболе будет! Сначала я сделала третий размер, потом шестой, теперь у меня девятый-десятый. Грудь — она, конечно, сексуальна. Не скажу, что грудь — это научное явление. Грудь — это сексуально, поэтому и сложился такой образ.

— У меня третий размер, и возникают проблемы с покупкой одежды — в груди плохо сходится. А каково вам с такой тонкой талией и таким большим бюстом?
— Я спокойно отношусь к магазинам и не страдаю шопингоманией. У меня есть талантливая швея, она шьет прекрасные вещи. Поэтому я в магазине редко покупаю. Если размер подходит, то я покупаю. Покупки настолько удачные, что подружки просят: «Ну подари-и-и, такое красивое!» Я отвечаю: «У меня ж это на вес золота!»

— Бывало такое, что грудь мешала в жизни?
— Как таковых проблем нет. Так, житейские мелочи. Они достаточно смешные. Например, сидим с друзьями в кафе или в ресторане, я тянусь через стол и собираю грудью стаканы и бутылки. Мне говорят: «Сиди спокойно, мы тебе все подадим!» Последняя операция у меня была в ноябре, потом я поехала отдыхать, три дня плавала и думала — что ж мне так тяжело-то? И только через три дня я поняла, что грудь тянет ко дну. Хотя все всегда подшучивают, что я с такими «подушками безопасности не утону». Ан нет! Но серьезных неудобств нет — я бегаю, прыгаю, катаюсь на коньках.

— При такой повышенной сексуальности есть какая-то техника безопасности, способы защиты от мужчин?
— Ну а какая тут техника безопасности? Была недавно на какой-то презентации. Мужчина так ошалело смотрит на меня, как будто он отдельно, а его рука отдельно, и он не при делах. И его рука тянется к моей груди и хватает ее. Я ему залепила громкую пощечину, подняла крик. Он мне говорит: «Простите, я не знаю, как это произошло! Моя рука сама это сделала». Я ему в ответ: «Ну, я же не хватаю вас за яйца!» Я ведь выгляжу уверенной женщиной и таковой и являюсь. Я приехала в Москву из небольшого городка, закончив институт; приехала в самом дешевом поезде. Плохо или хорошо ко мне относятся, я прекрасно понимаю, какую работу над собой я проделала без чьей-либо помощи. Я себя уважаю, поэтому я уверенный человек. А мужчины побаиваются уверенных женщин. Это должен быть мужчина, который сильнее меня. А как разговаривать с девушкой, которая садится в машину стоимостью, допустим, в 150 тысяч долларов?

— А вы нашли мужчину себе под стать?
— На протяжении лет шести я общалась с долларовым миллиардером. Он глава крупнейшей строительной компании, очень известный человек. Но наши пути разошлись, и сейчас я девушка свободная. Я все-таки считаю, что все мужики козлы и подлецы, поэтому, наверно, мне будет сложно встретить человека по сердцу. Но какие мои годы?

— Вы очень красивая женщина, а бытует мнение, что красивые женщины — жадные. Это правда? Мы вот хотели сделать еще интервью с Еленой Берковой, а она попросила за это 15 тысяч рублей.
— Возьму себе на заметку. Но я очень добрый человек и от этого бедный. Ну не жадный уж точно. С Леной очень хорошо знакома, но не сталкивалась с ней с этой стороны. Надо будет денег у нее в долг попросить, расскажу вам потом, даст она или нет. Да и вообще понятие «жадность» к женщине не могу отнести. Потому что женщина — мать от природы, она дает жизнь и изначально жертвует. Она жертвует временем, своим физическим здоровьем, внешними данными. Как она может быть жадной? Вот мужчина может быть.

— Вы свой псевдоним взяли в честь знаменитой итальянской порноактрисы Лолы Феррари?
— Это неправда. У меня своя фамилия очень сложная. Мы сидели с подружкой Катей на паре по римскому праву, и я у нее спросила, какая бы красивая фамилия мне подошла — Шереметьева, Соболева? Она мне: «Феррари — крутая фамилия!» Я ей: «Ну да, крутая!» Она говорит: «Только имя Ира не подходит. Надо Ирэн». Я говорю: «Ну да, круто». Про Лолу Феррари мы тогда ничего не знали, ведь обе были девочками из приличных семей. Так что придумала это имя моя подружка студенческих лет. А когда я увеличила себе грудь, вспомнила про этот псевдоним.

— Как раз, видимо, из-за Лолы многие считают вас порноактрисой. Вас это не оскорбляет?
— Я не знаю, с чем это связано. Может, с тем, что в порно снимаются девушки с большой грудью. Я никак не снималась в порно. Но знаю, что есть два коротких ролика по 20 секунд, где я сама себя так сказать удовлетворяю. Был взлом моего почтового ящика, и они были украдены с почты. Сейчас их в принципе в Сети нет. Так что в порно не снималась, но не отношусь к нему плохо. Я сама очень люблю порно. И «порнооскар» мне бы хотелось выиграть. Но чтобы его получить, наверно, нужно, сниматься в порно, а я не снималась. Так что пускай меня называют порноактрисой — ради Бога. Наверно, мне заочно присвоили это звание. Меня это не обижает — я вообще позитивный человек. Порноактриса — так порноактриса.

— Грудь для женщины инструмент важный? Например, на Украине есть такое политическое движение Femen. Все их акции сводятся к тому, что девушки в знак протеста против того или иного политического решения выходят на улицу с голой грудью. Как думаете, это достойный способ использовать свое женское богатство?
— Если это приносит плоды, то почему нет? Но с другой стороны, почему мужчины ходят топлесс, а женщинам нельзя? Что за дискриминация по половому признаку? Думаю, очень даже нужно грудью бороться за права человека и за все остальное. Я тоже встану грудью защищать что-нибудь, если понадобится. Не пожалею.

И вообще я хотела бы создать политическую партию — Партию свободы, которая защищала бы права всех сексуальных меньшинств, права проституток. Чтобы все это было на государственном уровне, чтобы их контролировали, и они ничем не болели. Ведь эти явления в обществе есть и будут. Также нужно защищать право на порнопродукцию. Вот почему я, взрослый совершеннолетний человек в здравом уме, не могу пойти и купить порнокассету? Я должна это сделать нелегально, за большие деньги, откуда-то из-под полы мне это продадут. Ну это вообще бред! Я хочу бороться с этим, потому что это не справедливо. Но я верю, что рано или поздно, у нас все будет хорошо.

— А сколько процентов в Думе могла бы взять ваша партия?
— Думаю, процента три взяла бы. Хотя пока люди у нас стесняются об этом говорить, но уже потихоньку начинают. В таких мегаполисах, как Москва, люди стали смелее. А если бы в Думе были все честны, то большинство депутатов можно было бы переманить в нашу партию.

— Три процента? Но ведь барьер на выборах в Думу — семь процентов.
— Ну наша популярность будет нарастать, и за нами будет будущее.

— Тогда вы должны ответить на ключевой для современной политики вопрос. Кто вам больше нравится, Путин или Медведев?
— Жириновский. Я с детства поддерживаю Владимира Вольфовича. Помню, в детстве мы ездили отдыхать на юг, была какая-то предвыборная кампания, и в поезде были разложены эти листовки. Я обошла вагон, собрала все его листовки и была безумно счастлива! Мне кажется, что этот человек — сильный, яркий, эмоциональный. Он не оставляет никого равнодушным. Мне кажется, мы с ним похожи — я тоже не оставляю никого равнодушным. Он — один из моих ориентиров. Поэтому я голосовала и буду голосовать за партию ЛДПР.

— Мы надеемся, вы зарегистрируете свою партию. И если не к выборам 2011 года, то к следующим. Мы, девушки со своим третьим размером, будем вас поддерживать.
— Дело не в размере груди, дело в нас самих.

• 0 комментировать
• разместить в блоге